1939-м году британская аристократка леди Сара Эшли приезжает в Австралию, чтобы привести в порядок дела на своем ранчо. Сопровождающий Сары — человек из местных по имени Дровер, выпивоха, драчун и «перекатиполе». Добравшись до фермы, Сара обнаруживает своего мужа убитым. На подозрении у властей — аборигены, но очевидна, что супруга лишили жизни плохие белые, положившие глаз на семейный бизнес Эшли. Сара решает перегнать свое стадо коров в порт Дарвина и отправляется в путь вместе с Дровером и маленьким туземцем Нул-лой, которого взяла под опеку. Дровер и Сара влюбляются. Плохие белые плетут против них интриги и не брезгуют методами. Это продолжается до 1942-го, когда прилетают японцы и устраивают австралийцам второй Перл-Харбор. «Австралия» беспомощно мечется, не в силах выбрать ни один из жанров: начавшись как эксцентрическая комедия, картина стремительно превращается в «валлаби-вестерн» с элементами магического реализма, потом вдруг — в дурно разыгранную лирику «Унесенных ветром» и далее в военно-романтический эпос. Снимая оригинальные, раскованные «Ромео+Джульетта» и «Мулен Руж», Баз Лурманн, видимо, блестяще притворялся, что дурачится на потеху себе и людям, играя в китч. «Австралия» — китч, который не поддается критическому осмыслению. Символика фильма откровенно примитивна. Леди Эшли поначалу — это экспансивная западная цивилизация, дитя Нулла — невинность аборигенов, Дровер — свободолюбие колонистов. Семейный союз этих троих — единение метрополии,колонии и коренного населения. Наконец, в наличии неубедительные и навязчивые аллюзии с «Волшебником из страны Оз»... Если концептуальная цитатность «Мулен Руж» услаждала глаз киномана и филигранно оперировала зрительским восприятием, то в «Австралии» реминисценции классических лент смотрятся лохмотьями, прикрывающими драматургическое и эмоциональное «ничто». Исчезла искренняя страсть, присущая лурманновскому стилю: химия чувств уступила место опереточному шику...…
Читать дальше Любовь и Валлаби

Причины, по которым фирменным оружием Джейсона Ворхиса считается мачете, понятны — этим оружием была убита его мать. В четвертой и девятой сериях Джейсон вообще не пользовался мачете, что несколько вредит традиции. Однако под настроение рубил от всей души. В «П-6» он одним ударом снес головы сразу трем игрокам в пейнтбол, а когда в «ФпД» попал на молодежную дискотеку, то зарубил, по меньшей мере, семерых. Иногда, почувствовав, что оказалось в нужных…
Читать дальше Игра в ножики

Присутствующее в названии фильма словосочетание «загадочное дело» может дать ложную жанровую наводку, ориентируя зрителя на детективный саспенс. Однако ровным счетом никакого «дела» в фильме Финчера нет. А есть простой смертный по имени Бенджамин Баттон, родившийся при непростых обстоятельствах. Он появился на свет в ночь окончания Первой Мировой в Новом Орлеане; его мать умерла в родах, а обезумевший от горя отец подбросил ущербного младенца — ирония судьбы — под крыльцо городского…
Читать дальше Обратный отсчет

Дебют в режиссуре известного оператора Сергея Мокрицкого («Изображая жертву», «Вокальные параллели») выдержан в популярном ныне жанре альманаха. Концепция, заданная названием картины, не выдерживается — из четырех киноновелл только первые две можно с некоторой натяжкой назвать посвященными любви. Первая история — о двух пассажирах автобуса, который едет по дорогам воюющего Кавказа. Когда автобус останавливают солдаты, сообщая, что впереди взорван мост, сын офицера-контрактника и юная гимнастка направляются обманчиво мирными осенними рощами к…
Читать дальше Ее порывы благотворны

Лейбл: Phantom Sound & Vision В фильме, сюжетный звукоряд которого, в основном, состоит из междометий и технологического шума, музыка важна почти так же, как и сценарий. Наверно, поэтому создатели «ВАЛЛИ» решили не размениваться по мелочам и вовлекли в проект Томаса Ньюмена, одного из самых успешных голливудских композиторов последнего десятилетия. У Ньюмена семь номинаций на «Оскар», его имя часто значится в титрах фильмов, снятых маститыми режиссерами вроде Стивена Содерберга, Сэма Мендеса или Фрэнка Дарабонта.…
Читать дальше WALLE

Я хожу в кино, как правило, раз в неделю, а если получается, то чаще. Последнее, что понравилось — это «Шрэк». Сейчас хочу посмотреть «Всегда говори "Да"» с Джимом Кэрри. Мне нравится комедийный жанр, триллеры тоже ничего. Ужастики вообще не смотрю, стараюсь их избегать. И не потому, что я — боягуз, просто считаю, что такое кино мне не нужно, я ограничиваю себя от таких эмоций. За последнее время видел только один ужастик, и то в автобусе, когда мы ехали на гастроли. Всей компанией выбирали фильм, и в итоге с полузакрытыми глазами я посмотрел «Пилу»... Когда Гарика Харламова спрашиваешь, как ему первая часть «Самого лучшего фильма», он отвечает: «Ой, лучше не спрашивай!» Первая серия похожа на нарезку из шоу — есть шутки, а потом к ним придумывается какой-то сюжет. Понятно, что «Самый лучший фильм» назвали не просто так. Есть американское «Очень страшное кино», которое представляет из себя пародию на самые свежие и популярные фильмы. Поэтому изначально делалась ставка на то, что «Самый лучший фильм» тоже пародия. Когда они пародируют российские фильмы, это выглядит как-то по-домашнему, кроме того, у нас так раньше не делали. Так что ребята удачно заняли нишу. После первого фильма мы часто бывали в Москве, пересекались с Гариком, и он рассказывал, что второй фильм намного лучше. Тем более, к съемкам подключился Запад. Когда они узнали, что съемки первой серии длились то ли 73, то ли 78 дней, то были удивлены. Для сравнения, второй «Самый лучший фильм», насколько я помню, сняли за 38 дней — практически в два раза быстрее. Так что я уже предвкушаю, как пойду на этот фильм.…
Читать дальше Сергей «лось» Стахов