Люблю ходить в кино, но из-за лени делаю это не так часто, как хотелось бы. Смотрю боевики, иногда даже мелодраму можно, когда хороший подбор актеров. Ужасы ненавижу. С комедиями получается сложно, потому что, когда долго работаешь в этой сфере, то начинаешь придирчиво относиться к тому, что происходит на экране. Все-таки юмор — это субстанция оригинальная и не очень прогнозируемая: одним понравилось, другим — нет. Ведь как с песнями: хит &mdash…
Читать дальше Андрей «бурым» бурым
Архив февраля, 2009
Певица Джулия Сандберг наслаждается растущей популярностью и семейным счастьем. Идиллия рушится, когда трехлетняя дочь Джулии, Меган, исчезает с детской площадки. Дальнейшее действие разворачивается спустя шестнадцать лет после трагического события. Девочка так и не была найдена ни живой, ни мертвой, но следователи считают, что ее убил педофил, пойманный при убийстве другого ребенка. После исчезновения дочери жизнь Джулии пошла наперекосяк. Ее брак распался, она оставила музыкальную карьеру, записав диск, посвященный Меган, и…
Читать дальше Ты узнаешь ее по родинке…
Читать дальше Ты узнаешь ее по родинке…
Как перестать бояться, и полюбить депрессию
Добавлено в Американское кино in 2009 | Нет комментариев10 Фев
Читать дальше Как перестать бояться, и полюбить депрессию
«Умирает сам и дает умереть другим». Не самый худший девиз для Джейсона Ворхиса. Первый раз его жизнь оборвалась летом 1957-го, когда одиннадцатилетний Джейсон сгинул в Хрустальном озере. У киносериала нет единой версии о причинах случившегося. Принято считать, что мальчик утонул во время купания, но в «ФпД» события того злосчастного дня изложены иначе — Джейсона, от рождения страдающего гидроцефалией, бросили в озеро дети, отдыхавшие в лагере вместе с ним. (Еще в первой с*ерии гример Том Савини сделал Джейсона гидроцефалом — сам герой появлялся в кадре в воспоминаниях своей матери и в кошмаре одной из героинь.)
С августа 1979 года существование великого и ужасного Джейсона Ворхиса — сплошной крестовый поход против всех, кто решился нарушить тишину на Хрустальном озере. Сам Джейсон живет неподалеку в лесу, его обиталище нам показывают всего в одной серии («П-2»), а первый же коп, ко- . торый туда забрался, получил молотком по голове. Естественно, выбранная им форма отношений с миром превратила линию его жизни в обрывки.…
Читать дальше Виновник торжества
Читать дальше Виновник торжества
1939-м году британская аристократка леди Сара Эшли приезжает в Австралию, чтобы привести в порядок дела на своем ранчо. Сопровождающий Сары — человек из местных по имени Дровер, выпивоха, драчун и «перекатиполе». Добравшись до фермы, Сара обнаруживает своего мужа убитым. На подозрении у властей — аборигены, но очевидна, что супруга лишили жизни плохие белые, положившие глаз на семейный бизнес Эшли. Сара решает перегнать свое стадо коров в порт Дарвина и отправляется в путь вместе с Дровером и маленьким туземцем Нул-лой, которого взяла под опеку. Дровер и Сара влюбляются. Плохие белые плетут против них интриги и не брезгуют методами. Это продолжается до 1942-го, когда прилетают японцы и устраивают австралийцам второй Перл-Харбор.
«Австралия» беспомощно мечется, не в силах выбрать ни один из жанров: начавшись как эксцентрическая комедия, картина стремительно превращается в «валлаби-вестерн» с элементами магического реализма, потом вдруг — в дурно разыгранную лирику «Унесенных ветром» и далее в военно-романтический эпос. Снимая оригинальные, раскованные «Ромео+Джульетта» и «Мулен Руж», Баз Лурманн, видимо, блестяще притворялся, что дурачится на потеху себе и людям, играя в китч. «Австралия» — китч, который не поддается критическому осмыслению. Символика фильма откровенно примитивна. Леди Эшли поначалу — это экспансивная западная цивилизация, дитя Нулла — невинность аборигенов, Дровер — свободолюбие колонистов. Семейный союз этих троих — единение метрополии,колонии и коренного населения. Наконец, в наличии неубедительные и навязчивые аллюзии с «Волшебником из страны Оз»... Если концептуальная цитатность «Мулен Руж» услаждала глаз киномана и филигранно оперировала зрительским восприятием, то в «Австралии» реминисценции классических лент смотрятся лохмотьями, прикрывающими драматургическое и эмоциональное «ничто». Исчезла искренняя страсть, присущая лурманновскому стилю: химия чувств уступила место опереточному шику...…
Читать дальше Любовь и Валлаби
Читать дальше Любовь и Валлаби
